24 июня 2010г. №25 (688)
Трагедия разрушенных сердец
Кружит печаль, словно метель…
Он не вернется теперь
Православная
мораль утверждает, что главной заботой человека является не тело,
которое, придя к Отцу, мы сбросим, как пальто. Бессмертная вечная душа –
смысл нашего существования. И если Он приглашает в свою обитель, душа
слышит призыв. Нам остается только смирение, потому что никто из нас не
вправе решать за Него.
Вот и Игорь Новиков за несколько часов до встречи с Богом почувствовал, что невидимые корабли уже причалили к его жизненной пристани. Вечером 16 августа он сидел и мирно беседовал с женой на балконе. Неожиданно тень пробежала по его лицу. Он напрягся, притих, а потом произнес:
- Я, наверное, скоро умру…
Светлана попыталась сгладить трагизм момента:
- Ты обещал прожить еще 20 лет, сына поднять на ноги!
Как ладонью гладит сердце вдовы Игоря Новикова память о нем. Нежной пленницею мечты о семейном счастье умирают в ее груди…
Каким он был, Игорь Новиков? Хорошим мужем и отцом, убежденным энергетиком, высококлассным специалистом. На Саяно-Шушенскую ГЭС трудоустроился в 17-летнем возрасте – сразу после окончания курса школьных наук. Отдал воинский долг Родине и вновь – на станцию, где вплоть до трагической гибели работал электромонтером в группе автоматики электротехнической лаборатории.
Игоря Новикова никогда не покидала тяга к приобретению передового опыта и образования. В итоге в 2002 году ему присвоили звание «Ветеран Саяно-Шушенской ГЭС», в 2005 году он получил диплом Саяногорского политехнического техникума и поступил в институт, а в мае 2009-го победил в конкурсе «Лучший по профессии электрик», который был организован в рамках седьмого городского Праздника Труда.
Более десяти лет Игорь Новиков увлекался охотой, в выходные дни пропадал в горах или на озерах. Домой редко возвращался без трофеев – зайцев, уток, гусей. Даже хозяин тайги медведь как-то стал добычей удачливого охотника.
Светлана и Игорь соединили свои сердца по пылкой страсти, и через год после свадьбы их любовь расцвела рождением Тани. Отец обожал дочку, брал ее с собою на Гладенькую, где катался на горных лыжах, убедил не бояться сноуборда. Супруги мечтали о втором ребенке, однако Данила Бог дал только через полтора десятка лет. Уже далеко не юный папа ликовал и на радостях обещал всем вокруг научить сына управляться с горными лыжами.
За три недели до трагедии Данилу исполнился годик. На семейное торжество Игорь пригласил своего начальника и друга Андрея Уткина с женой Наташей. С того вечера остались фото- и видеоматериалы. Кто бы знал тогда, что вот-вот случится непоправимое…
Утром 17 августа Светлана с дочерью повезли кошку к ветеринару в Саяногорск. На заправке случилась заминка - свет мигнул, и показания приборов сбились. Один паренек-водитель вставил не в строчку: «ГЭС взорвалась!». Никто не воспринял всерьез глупую шутку.
- По дороге в Саяногорск Тане стало страшно: машины – потоком, автомобили «скорой помощи» с включенными сиренами - одна за другой, - зябко поднимает плечи Светлана. - Позвонила отцу – недоступен. У нее началась истерика: «Где мой папа, почему не отвечает?».
Саяногорск встретил Новиковых суматохой, очередями на заправках и в продуктовых магазинах, откровенной эвакуацией. Какая им кошка? Помчались назад…
В то утро примерно в восемь часов Игорь Новиков и Евгений Богоявленский получили задание, прошли допуск и спустились в шахту турбины шестого гидроагрегата, чтобы перед покраской укрыть датчики. Следовало подготовить турбину к пуску, который был намечен на 19 августа.
Сотрудники группы автоматики оказались в ловушке, потому что шансов на спасение у них не было. Их нашли на разных уровнях: Игоря - через сутки, Евгения – позднее. Когда из машинного зала откачали воду, турбинисты заметили пальцы рук, намертво вцепившиеся в решетку, перекрывавшую шахту турбины…
- В первые дни после аварии, когда еще шли поиски Игоря, когда его нашли, нас всех вытянул из трясины беды Данил, - растроганно дрожат теплые интонации в голосе Светланы. - Смотришь, все вокруг - Воскресенские, Нелидовы, Уткины, другие – просто утонули в своем горе. А нам Данил не позволял. Горе – горем, а его надо кормить, мыть, выводить на прогулки. Ему ведь не объяснишь наше душевное состояние. Маленький сын Игоря Новикова через неделю после похорон отца первый раз отчетливо произнес слово «папа».
Через два месяца после похорон мужа и отца Светлана с Таней по винтовой лестнице спустились в круглое жерло шестого гидроагрегата – как на свидание с любимым человеком:
- Погружаемся ниже и ниже. Я говорю дочери: «Здесь была вода». Спускаемся еще ниже: «И здесь была вода». Еще ничего не успели убрать: ни разводы трансформаторного масла, ни каску и кроссовок Жени Богоявленского, торчавшие в узкой расщелине. Сказали, ни у кого руки не поднимаются. До того дня Таня не воспринимала, что ее папа просто утонул. Турбинисты пояснили нам обеим, что в «банке» гидроагрегата воздушных подушек быть не может.
Всякое случалось в семейной жизни Новиковых. После 18-ти лет совместной жизни о любви уже не говорили, но когда тихим августовским утром он навсегда закрыл за собой дверь квартиры, его вдова поняла, что и ее не стало.
Со дня трагедии прошел почти год, но боль от утраты меньше не становится. Дочь входит в возраст без поддержки папы, сыну мужать без отцовской твердой руки.
Чай давно остыл в любимой кружке Игоря, струны души Светланы Новиковой оградились судьбою от счастья…
Нина БОГАТЫРЕВА
(Продолжение цикла следует)