22 октября 2009г. №42 (653)
Семеро смелых
В первые минуты после аварии на СШ ГЭС на гребень плотины каждый своим путем целенаправленно устремились семеро рабочих и инженеров станции. Рискуя жизнями, они преодолели препятствия, вручную опустили технологические затворы и прекратили доступ воды в машзал.
Кто кого?
В начале девятого утра 17 августа Александр Катайцев занимался допуском бригады на рабочее место на 320-й отметке. Он уже направился в машинный зал, на 327-ю отметку, когда услышал удар, почувствовал сильную вибрацию и непонятный шум. Свет погас, и Александр в полной темноте на ощупь попытался найти дверь. Понял, что идет не в ту сторону, включил фонарик на сотовом телефоне и буквально «выпрыгнул» в дверь, а навстречу ему по лестнице летела вода….
- Хотел открыть дверь на 327-ю отметку – не получилось. Навалился, отжал ее немного и увидел, что воды над уровнем пола в машзале больше метра. Остался один выход на 333-ю отметку - через блоки трансформаторов. Выбежал и увидел волну, идущую на меня со стороны левого берега, - восстанавливает в памяти события двухмесячной давности Александр. - Сразу предположил, что поврежден водовод, скорее всего, автоматика уже не действует. Побежал в сторону правого берега - там есть вход в плотину. Никаких команд на мой сотовый телефон не поступило, но в моем мозгу пульсировала одна мысль – надо опустить затворы! Когда бежал по трансформаторной площадке, встретил двух женщин. Довел их до входа в тело плотины, где увидел Николая Третьякова. Спросил: «Что случилось?». Он сбивчиво говорил про крышку второго агрегата, но я почему-то остался при своем мнении – поврежден водовод. Вокруг паника, суета – не разобрался… Мастер генераторного участка Александр Ивашкин неподалеку оказался. Николай, Александр и женщины после меня вошли в плотину, а я вперед всех поднялся наверх, вышел на улицу и остановился в раздумье: какой из водоводов поврежден? Неизвестно. Сверху не разглядеть – туман. Побежал в сторону первого агрегата, потому что интуиция подсказывала – проблема в первом, втором или третьем генераторах. Думал, доберусь до помещения гидрозатворов, может, кто из ребят поможет – там мастерские. Вижу – дверь уже открыта! Евгений Кондратцев, Ильдар Багаутдинов, Павел Майоршин, Александр Чесноков только что прибыли. Раис Гафиуллин светил им своим фонарем. Мы без промедления открыли первый затвор, убедились, что он пошел вниз… Затворы надо опускать не все сразу, а поочередно. Как раз в это время, примерно, в 8.35, ожил сотовый Ильдара Багаутдинова. Это начальник смены гидроэлектростанции Михаил Нефедов скомандовал: опустить все затворы. В начале десятого мы бросили последний затвор.
Биться нам не впервой
Рабочее место Раиса Гафиуллина находится на гребне плотины, а трудовое утро начинается в 7.00. В тот день он подготовился к работе и примерно в 7.40 пришел в бытовку. Следом подошли другие работники.
- Сидели, разговаривали, ждали звонка от мастера Елены Могилевич, которая попросила зайти к ней через 30 минут, - мысленно возвращается в то августовское утро Раис. - Вдруг началась сильная вибрация. Создалось впечатление, что кран везет какую-то махину. Один из наших округлил глаза: «Кран поехал!». Я посмотрел на часы: рано, еще никто из крановщиков не поднялся на гребень плотины. Кто-то крикнул: «Идите сюда!». Подбежали к парапету в районе десятого агрегата: стоит туман, но видно, что там, где второй-третий агрегаты, нет крыши машзала, направо и налево поднимается и распространяется столб воды. Мы опешили... Что делать? Ясно, надо опускать затворы, но я не имею к ним отношения. Если бы знал специфику работы с ними - кинулся бы опускать. Стал ждать – вдруг кто подойдет? Через 15 минут подъехали Ильдар Маратович Багаутдинов, Евгений Викторович Кондратцев, Павел Майоршин и Александр Чесноков. Саша Катайцев подскочил. Побежали закрывать затворы. Я светил ребятам своим шахтерским фонарем, так как в помещении было темно. Постояли, послушали – первый затвор пошел. Идем дальше. Один за другим закрываем, закрываем и бежим дальше, дальше… Коля Третьяков появился. Помню, Ильдар Багаутдинов крикнул: «Не открывайте затвор сразу полностью!». Раньше он работал мастером на участке гидротехнического оборудования и потому уверенно руководил работой ребят.
Кто вперед идет, того Бог спасет
Александр Чесноков 17 августа пришел на работу как обычно - к 8.00. На отметке №347 (выше машзала) получил разнарядку, и в это время поступил звонок: нужен кран. Старший мастер отправил Чеснокова на 327-ю отметку…
- Вошел в курилку, где было полно мужиков. Царствие им небесное… Ваня Жуликов сидел, рядом с ним - Женя Горявин, Сергей Куприянов, - хмурится, но делится пережитым Александр. - Мы с Серегой парой слов перекинулись, и Лешка Татарников позвал его. Я слышал, как раскрылись-закрылись створки дверей лифта, и они поехали вниз. Подошел Дима Колесниченко, но я уже уходил, разговаривать с ним было некогда. Там один коридор ведет в машзал, а мне надо было направо. Еще не дошел до поворота, как услышал хлопок. Остановился, поглядел - искры, осколки полетели, столб воды поднялся. Сначала опешил, а потом мысли в голове вихрем помчались. Сразу догадался - не в плотине дело, явно, что из агрегата вода хлещет. Метнулся к лестнице, которая с 310-й на 347-ю отметку идет. Пару маршей проскочил, к 330-й отметке подбегал, когда свет погас и грохот воды заполнил все вокруг. Вода падала вниз, вытесняла воздух, и он со свистом вырывался из закрытых дверей. Уже к монтажке подбегал, когда волна накрыла меня с головой. Я рванул, выскочил на 333-ю отметку и побежал выше - на 347-ю. Посмотрел - в руках вахтенный журнал. Не бросил его в минуту смертельной опасности! Крикнул – в мастерской никого нет. Выглянул – наши эвакуируются по пожарному спуску. Я последовал их примеру. Спустился, а на проходной паника - народ бежит, вода бежит… И тут голову вопрос пронзил: почему затворы не упали? Подбежал Павел Майоршин: «Поехали!», и мы с ним через ОРУ-500, через тоннель на гребень полетели. Я потом узнал, что когда Павел спускался с 347-й отметки, звонок принял от начальника смены гидроэлектростанции Михаила Нефедова: надо, мол, опустить затворы. Шлагбаум был открыт, охрана не препятствовала. Приехали и ходом, ходом – в помещение гидрозатворов. Там уже Раис Гафиуллин стоял, Саша Катайцев, помню, появился – аж пена изо рта летела! Николай Третьяков навстречу шел. Практически, все в одно время подтянулись. Дальше - Раис светит, Ильдар Маратович кричит: «На всю не открывай!». Открыл – масло потекло. Пошли от одного затвора к другому. Когда справились с работой, Маратович говорит: «Давай на кран!». Говорю ему: не смогу, колотит всего…
Против буйства воды
Когда обрушились своды машинного зала и хлынул поток воды, Николай Третьяков находился на 327-й отметке в помещении для оперативного персонала. В отличие от других, он отреагировал на происшедшее мгновенно.
- Выскочил из помещения, а в голове уже работало - надо затворы бросать. Это мои служебные обязанности, я за это отвечаю. У нас, машинистов гидротурбин, есть ключи сброса затвора на панелях. Если невозможно к панелям подобраться, надо на гребень бежать. Там стоит электронная система защиты, а у нас свои электронные пропуска, - спокойно и даже отстраненно рассказывает о пережитом Николай. – Сбежал с лестницы, ступил на пол, но волна сбила меня с ног, потащила по машзалу. Вдруг почувствовал, что какие-то железки рассекли ногу. Так, барахтаясь, плыл через весь машзал, а в районе девятого генератора ногой зацепился за что-то, присел и вместе с волной взлетел на лестницу, которая ведет на 333-ю отметку. На секунду остановился, оглянулся и увидел масштабы трагедии. Мне впервые стало страшно! Но надвигалась очередная волна, и я побежал так быстро, что поднялся на 333-ю отметку раньше, чем вода накрыла лестницу. Вышел в пазуху между трансформаторами и водоводами, смотрю направо – и там волна накатывает. Разворачиваюсь и делаю несколько шагов на водораздельный устой. Обернулся в сторону машзала, а там лопаются стекла, вода из окон падает в нижний бьеф… Откуда-то выскочили Саша Катайцев, Саша Ивашкин, Саша Кочкин, две женщины. Посмотрел – кругом вода. Мы с Сашей Катайцевым без слов поняли друг друга и крикнули людям: «Мы в галерею!». Побежали, а они – за нами. Пока не достигли лестницы, я успел сказать Саше несколько слов: «Где-то с первого по третий агрегат рвануло, надо затворы бросать!». Он с 320-й отметки выбежал, вообще ничего не понимал. Дальше мы разделились: Саша побежал вперед, а я с фонариком начал выводить пятерых человек. Поднимались так быстро, что зайчики в глазах рябили, руки-ноги тряслись. Когда я проводил спасенных на правый берег и прибежал в помещение гидрозатворов, мужики уже предпоследний затвор бросали. Помог опустить последний, десятый.
С думой этой ложись, с думой этой вставай
Последний затвор опустился в 9.20. Туман постепенно рассеивался, и семеро смелых ужаснулись, когда с верхотуры увидели груду развалин на месте машзала. Но предаваться унынию им было некогда, впереди - новая работа: надо открывать водосбросы. Енисей мелеет, а ниже по течению - Майнская ГЭС. Ее терять нельзя! Пока разбирались со схемой питания козлового крана, привезли дизель, кабель, генератор. Все подсоединили, подготовили к работе кран. Наконец в 11.50 открыли 11 затворов водосброса. Енисейская вода ринулась вниз через водосбросные пролеты…
Тяжесть свалилась с плеч смельчаков. Они отдавали себе отчет в том, что успешно сдали экзамен на честь. По мнению специалистов, если бы не их оперативные действия, могли сорваться и взлететь крышки других турбин, в результате чего неизмеримо увеличился бы проток воды. Могло в клочья разметать машзал и трансформаторы, подтопить поселок Черемушки. Но самое страшное - погибло бы много людей… А масштабы экологической катастрофы невозможно даже представить…
***
Приказом директора Филиала ОАО «РусГидро – Саяно-Шушенская ГЭС имени П.С. Непорожнего» Валерия Кяри №142 от 18 сентября 2009 года «О выплате единовременного вознаграждения» за проявленные мужество и героизм при ликвидации аварии награждены Памятным знаком ОАО «РусГидро» - «За вклад в развитие гидроэнергетики», Почетной грамотой ОАО «РусГидро» и единовременным вознаграждением за счет социальных выплат в размере одного должностного оклада поощрены: ведущий инженер производственно-технической службы Ильдар Багаутдинов, старший машинист гидроагрегатов восьмого разряда оперативной службы Александр Катайцев, старший мастер эксплуатационного участка Павел Майоршин, старший машинист гидроагрегатов восьмого разряда оперативной службы Николай Третьяков, слесарь по ремонту гидротурбинного оборудования четвертого разряда эксплуатационного участка Александр Чесноков и начальник смены гидроэлектростанции оперативной службы Михаил Нефедов. По линии ОАО «Саяно-Шушенский Гидроэнергоремонт» аналогичными наградами отмечены заместитель начальника турбинного цеха Евгений Кондратцев и строительный слесарь Раис Гафиуллин.
Материальное вознаграждение перечислят уже в октябрьскую зарплату. Деньги невелики, но в семейных бюджетах они будут, конечно же, не лишними. В конце концов, главное - удовлетворение от того, что ты своим поступком спас жизни многим людям...
Нина БОГАТЫРЕВА